Курск в литературе

Когда вспоминают о Курске литературном, первым на ум приходит Афанасий Фет. Поэт владел землями недалеко от губернской столицы, а ещё приглашал к себе в гости писателей и художников, воспевших край в своих произведениях.

Но упоминания о Курске встречаются не только в творчестве друзей Фета, но и в литературе советского времени и даже Древней Руси. О том, какие именитые писатели разных эпох описывали город, читайте в нашем обзоре.

Первые упоминания о Курске в литературе и исторических очерках

Впервые в нелетописных источниках Курск упоминается аж в XII веке. В древнерусской повести «Слово о полку Игореве» курский князь Всеволод Святославич Буй-Тур отправляет своему брату Игорю лучших воинов, чтобы сразиться с половцами:

А мои-то куряне – известные воины: под трубами повиты, под шлемами взлелеяны, концом копья вскормлены, пути им ведомы, овраги им знакомы, луки у них натянуты, колчаны отворены, сабли изострены; сами скачут, как серые волки в поле, ища себе чести, а князю – славы.

К концу XVIII века Курск стал центром губернии, в городе появилась первая типография, в которой свои труды публиковали местные авторы: Иван Васильев, Амвросий Гиновский и Семён Пестов.

Не забывали о Курске и именитые литераторы. Сразу два автора сочинений об истории России, Николай Карамзин и Василий Татищев, вскользь упомянули его в своих трудах. Никаких описаний курских пейзажей или жизни курян писатели, к сожалению, не дали – всё-таки это исторические работы.

Но почитать о Курске в литературных источниках того времени всё же можно. В 1787 году в свет вышли «Путешественные записки Василья Зуева от С. Петербурга до Херсона в 1781 и 1782 году», написанные во время путешествия по стране. В книге он описал культуру, природу и особенности многих городов России, в том числе и Курска:

Мы не переменяя лошадей отправились прямо в Курск и переехав под нею реку Тускарь вторично, поднялись и на крутой тот уступ, с котораго при коренном пустыре спустились и которым доехали до самаго города Курска.

Курск в литературе XIX века

В XIX веке в литературе о Курске стали упоминать чаще. Через город проходила дорога из столиц на юг, а в Курской и соседней Орловской губерниях располагались поместья писателей Афанасия Фета, Николая Лескова и Ивана Тургенева.

Одно из самых живописных описаний курских мест оставил выходец из купеческой семьи и писатель Николай Полевой в «Рассказах русского солдата». Поместьями в Курске он не владел, зато успел немного пожить в городе – в 1811 году его семья переехала сюда из Иркутска:

Отправляюсь в Ямскую слободу. Положение этой слободы и вообще Курска прелестно. Город стоит на горе, которую обтекает река Тускорь, и с некоторых мест взор обнимает пространство, усеянное деревеньками, селами, перелесками, нивами, вёрст на 20-ть. Если вы будете в Курске, советую вам пойти на берег Тускори к бывшему Троицкому монастырю и полюбоваться оттуда видом на Стрелецкую слободу, окрестности её и скат под гору к Тускори. Не менее хорош вид и на Ямскую слободу, которая раздвинулась по луговой стороне реки.

Писал о Курске и Николай Лесков. Он несколько раз бывал в этих краях: родился в соседней Орловской губернии, а с 1857 года служил в фирме, которая занималась переселением крестьян из Курска и Орла в Сибирь. Свой опыт в этой фирме Лесков описал в рассказе «Продукт природы»:

Людей, которых вели сюда, скупали на вывод у разных помещиков в губерниях Орловской и Курской, отчего «сводные люди» делились на два народа: «народ орловский» и «народ курский». «Орловский народ» считался «пошельмоватее», а куряне – «ведомые кметы» – подразумевались якобы «подурасливее».

Не обошлось и без описаний курской природы. Вот как волшебно описывает Лесков её в повести «Очарованный странник»:

А ночь была самая тёмная, какую только можете себе вообразить. В лете, знаете, у нас около Курска бывают такие тёмные ночи, но претеплейшие и премягкие: по небу звёзды как лампады навешаны, а понизу темнота такая густая, что словно в ней кто-то тебя шарит и трогает.

Много писал автор и о Коренной пустыни. О ней можно почитать в «Стране изгнания», «Очарованном страннике» и «Мелочах архиерейской жизни»:

Так, например, рассказывают в народе, будто на «коренскую» ярмарку» (под Курском) съезжаются архиерейские повара и отбирают для своих владык «всю головку», то есть весь первый сорт проковой копчёной и вяленой рыбы, преимущественно белужьего и осетрового балыка; но разумеется, всё это вздор. Встарь, говорят, что-то такое бывало, но уже давно минуло.

А действие рассказа «Овцебык» и вовсе происходит в Курске:

Это было летом 1854 года. Мне нужно было хлопотать по процессу, производившемуся в курских присутственных местах. В Курск я приехал в семь часов утра прямо к Челновскому.

В этом же рассказе писатель упоминает и о курских соловьях:

Погода стояла прекрасная. Могучая и щедрая природа наша жила полною своею жизнью. Было новолунье. После жаркого дня наступила светлая, роскошная ночь. В такие ночи курские жители наслаждаются своими курскими соловьями: соловьи свищут им напролёт целые ночи, а они напролёт целые ночи их слушают в своём большом и густом городском саду.

Иван Тургенев, тоже запечатлевший образ курской природы в своих литературных трудах и письмах, любил здесь охотиться и состоял в местном шахматном клубе, что отразилось и на его творчестве. С 1847 года в журнале «Современник» вышли рассказы из цикла «Записки охотника», где писатель через своих героев делился своими воспоминаниями:

Хожу я и в Курск и подале хожу, как случится. В болотах ночую да в залесьях, в поле ночую один, во глуши: тут кулички рассвистятся, тут зайцы кричат, тут селезни стрекочут… По вечеркам замечаю, по утренничкам выслушиваю, по зарям обсыпаю сеткой кусты… Иной соловушко так жалостно поёт, сладко… жалостно даже.

А вот ещё одна цитата из новеллы «О соловьях» из цикла «Записки охотника», где герои Тургенева говорят о соловьях:

Хороший соловей должен петь разборчиво и не мешать колена, – а колена вот какие бывают… Седьмое: Кукушкин перелет. Самое редкое колено; я только два раза в жизни его слыхивал – и оба раза в Тимском уезде. Кукушка, когда полетит, таким манером кричит. Сильный такой, звонкий свист.
Одного я такого слыхал у мценского купца Ш...ва – вот был соловей! В Петербурге за 1200 рублей ассигнацией продан... Тот-то соловей, что за 1200 рублей пошел, был росту среднего. Его Ш...в под Курском у мальчика купил за двугривенный.

Курские степи писатель описывал ещё в одном произведении цикла, «Касьян с красивой мечи»:

А то за Курском пойдут степи, этакие степные места, вот удивленье, вот удовольствие человеку, вот раздолье-то, вот божия-то благодать! И идут они, люди сказывают, до самых теплых морей.

Часто бывали проездом в Курске Фёдор Тютчев и Антон Чехов. И если первый о городе упомянул только в письме, то в чеховском сатирическом рассказе «Эпизодик из жизни «милостивых государей» в Курск собирается некая дама, пришедшая на приём к чиновнику:

Дело хорошее… Езжайте в Курск… Говорят, что уже в ста верстах от Курска пахнет щами и ползают тараканы… Хе, хе, хо… Небось, скука в этом Курске? Да вы скидайте шляпу! Вот так, не стесняйтесь! Егор, дай нам чаю! Небось, скучно в этом… ммм… как его… Курске?

Встречается Курск и в произведениях Владимира Даля, Владислава Маркова, Михаила Салтыкова-Щедрина, Льва Толстого и Глеба Успенского. Самое поэтичное описание Курска оставила писательница и фольклористка Екатерина Авдеева в «Записках о старом и новом русском быте»: 

Курск можно назвать садом России, откуда везут плоды в Москву, Петербург, Одессу. В конце мая и июня, когда отцветут деревья и покажется завязка плодов, приезжают торговцы и откупают сады... Трудно поверить дешевизне плодов: в урожайный год четверик яблок стоит рубль и два, смотря какого сорта яблоки; груш самых лучших не дороже от одного рубля до трех; ведро слив 40 и 50 коп.

Курск в литературе XX века

Писатели XX века тоже не оставили Курск без внимания. В анекдотическом смысле упоминал город в трилогии «Хождение по мукам» Алексей Толстой. Один из героев романа Вадим Рощин решил побриться в ростовской парикмахерской, где ему пришлось выслушать рассказ о курских цирюльниках:

Извиняюсь, вы не любите, когда берут за кончик носа? Есть, которые это просят. Я учился в Курске, наш мастер работал по старинке, – засовывал палец в рот клиенту, а для благородных держал огурцы. С пальцем – десять, с огурцом – двенадцать, – не плохие были деньги.

Иван Бунин в романе «Жизнь Арсеньева» описывал быт России рубежа XIX−XX веков глазами поэта-путешественника Алексея Арсеньева. А одним из городов, в котором побывал его герой, стал именно Курск:

Помню раннее, свежее, тихое утро... Помню большой, весь золотой, подсохший и поредевший сад, помню кленовые аллеи, тонкий аромат опавшей листвы и – запах антоновских яблок, запах мёда и осенней свежести.

После революции в Курске часто бывал поэт Владимир Маяковский. Он выступал перед курянами с политическими манифестами. Под впечатлением от открытия Курской магнитной аномалии поэт написал целую поэму в честь горняков «Рабочим Курска, добывшим первую руду, временный памятник работы Владимира Маяковского»:

Я не геолог, но я утверждаю,
что до нас было под Курском голо.
Обыкновеннейшие
почва и подпочва. Шар земной,
а в нём - вода
и всяческий пустяк.

Многое связывало с Курском писателя Максима Горького. Он побывал в городе несколько раз, а в 1891 году его здесь даже арестовали, но вскоре отпустили. В 1928 году Горький посетил Курск уже как именитый писатель. Тогда литератор путешествовал по стране в поисках материала для цикла очерков «По Стране Советов» и один рассказ посвятил нашему городу:

В 1905 году… В те годы Курск был чистенький, уютный городок; он вмещал тысяч пятьдесят обывателей, и все они были такие сытые, ленивенькие, как будто все – дворяне. Город переполнял душный, жирноватый запах, в лавках поражало обилие колбас, ветчины, а на улицах – отсутствие детей. Может быть, поэтому город казался особенно тихим и скучным.

Теперь Курск вызывает впечатление захудалого города. Мостовые избиты, разрушены дождями, приземистые домики ощипаны, обглоданы временем, на всех домах отпечаток унылого сиротства… .

Константин Паустовский, в отличие от своих предшественников, назвал в рассказе «Беспокойная юность» город странным:

Весной мы были в высоком Курске, как бы завешанном до крыш грудами только что распустившихся веток. Знаменитые курские соловьи щёлкали, прислушиваясь к самим себе, в сырых рощах. Ленивая и холодная речонка Тускарь текла в мелких берегах, заросших жёлтыми калужницами. Странный город Курск. Его любят многие, даже никогда в нём не бывшие. Потому что Курск – это преддверие юга.

Курск глазами писателей-земляков

Не забывали о родных краях и писатели, выросшие в Курском крае. Так, уроженец Льгова Николай Асеев посвятил малой родине целый цикл стихотворений «Курские края» и «Богатырскую поэму»:

Кто в Евангелие, кто в Коран, –
Веры многие есть на свете, –
Я ж поверил в своих курян –
Сведомых кметей!
И горжусь я и веселюсь,
Пусть и в сердце старостью ранен,
Что сильна моя новая Русь
И что я её сын – Курянин.

Ещё один писатель, воспевший Курск в своих произведениях, – Евгений Носов. Так он пишет о родном городе 1930-х годов в «Доме с мезонином»:

В те времена город еще не знал асфальта. Даже главная площадь, на которой устраивались парады, была вымощена глыбистым, как голландские сыры, булыжником. На парадах трубачи, выводившие «Смело, товарищи, в ногу…», посматривали не столько в ноты, пришпиленные к спинам впереди идущих, сколько себе под ноги, чтобы не запутаться на колдобистой мостовой.

Писатель всю жизнь прожил в Курске, и после себя оставил огромное наследие. Специально для тех, кто любит путешествовать по памятным местам, составили маршрут по следам Евгения Носова.

Таким остался Курск глазами писателей – странным городом с небывало тёмными ночами, бездорожным и пахнущим антоновскими яблоками. Какие ещё выдающиеся личности прошлого вспоминали о Курске, рассказываем в нашем материале.